26 сентября, 2022

SolusNews.com

Последние новости

Безоружный Путин хочет культурной войны с Западом

Даже когда его войска отступили на фоне хаоса на востоке Украины на прошлой неделе, Владимир Путин открыл новый фронт в своей войне против Запада: «битву за культурное превосходство». Президент России заявил, что целью его внешней политики будет возглавить глобальную контратаку против «навязывания рядом стран неолиберальных взглядов».

Он утверждал, что Россия имеет уникальную квалификацию для выполнения этой задачи, потому что может предложить миру альтернативу либерализму. «Века истории наделили Россию богатым культурным наследием и духовным потенциалом, что дало ей уникальную возможность успешно распространять традиционные русские нравственные и религиозные ценности», — говорится в заявлении.

Это покажется знакомым любому читателю современной российской истории. Сто лет назад лидеры нового Советского Союза делали аналогичные заявления о москвоцентричном мировоззрении, чтобы бросить вызов либерализму. Как коммунисты, они рассматривали конкуренцию с социальной и экономической точек зрения. Гордые атеисты, они вряд ли апеллировали к русским религиозным ценностям. Над ним шла не меньшая «битва за культурное превосходство».

Путин, склонный смотреть на советскую эпоху через розовые очки, похоже, забыл, почему его команда проиграла ту битву: у него не хватило оружия. А Россия, если вообще, менее готова воевать. Перефразируя Оскара Уайльда (или Шекспира, или Марка Твена), вам не нужно вступать в битву за культурное превосходство, когда вы безоружны.

Когда я рос в Индии в 1970-х годах, у меня была сцена в первом ряду о соревновании, и я помню, как и почему Советы проиграли, хотя поле складывалось в их пользу. Хотя Нью-Дели номинально поддерживал отношения между Вашингтоном и Москвой в холодной войне, он сильно опирался на советскую сторону. В конце концов, Советский Союз поддерживал Индию в ее региональном соперничестве с поддерживаемым США Пакистаном, предоставляя ей оружие, промышленные ноу-хау и торговлю на выгодных условиях. Индийцев поощряли относиться к Западу, особенно к Соединенным Штатам, с подозрением и даже враждебностью, в то время как к русским относились как к друзьям.

READ  Рецензия на документальный фильм "Гонда" - Роллинг Стоун.

Нас также отговаривали от потребления западных товаров: импортные ограничения делали большинство американских брендов недоступными, так что советский недостаток в этой области был не столько помехой, сколько мог бы быть. Например, мы никогда не могли сравнить автомобили Ford и General Motors с драндулетами Lada и Volga.

Но когда дело доходит до культурной продукции, советский недостаток скрыть невозможно. Индийцы, особенно такие молодые индийцы, как я, потребляли западную литературу, музыку, кино и моду. Хотя Москва отправляла в Индию множество книг — переведенных на индийские языки и продаваемых по сильно субсидированным ценам — она не получила большого признания у коллектива. Не было советского аналога Hardy Boys или Бетти и Веронике. Даже те, кто склонен к более серьезной литературе, обнаруживают, что после Пушкина и Чехова количество советских спектаклей резко снижается. (Впрочем, мы читаем запрещенных в Москве русских авторов, таких как Солженицын).

В моей коллекции рок- и поп-альбомов не было советских репрезентаций, не было такой вещи, как отличная пара советских кроссовок, и хотя государственный телеканал Индии добросовестно транслирует советские фильмы, местные кинозалы предлагали самые известные голливудские блюда. В результате такого знакомства с западной культурой мы, как правило, были впечатлены западным образом жизни, изображаемым через либеральные ценности.

Все это помогло Западу и особенно Америке проявить мягкую силу в Индии, с которой не могли сравниться ни эскадрильи МиГ-21, ни советские производственные технологии. И в моем родном городе, прибрежном городе Вишакхапатнам, мы не упускали из виду советских инженеров, прикомандированных к местному сталелитейному заводу, так же увлеченных американскими рок-альбомами и синими джинсами.

Если культурный конкурс кажется односторонним, то сейчас он таковым является до абсурда. Путинская Россия произвела мало заслуживающих внимания культурных продуктов. В мире, более восприимчивом к неанглоязычным развлечениям, нет популярных русских мыльных опер и повального увлечения R-Pop. Ролливуд ничего. RT, круглосуточный «новостной» канал Кремля, предлагает своим зрителям и слушателям параллельный мир теорий заговора и разнузданной лжи, но он не пользуется большой популярностью.

READ  Династия русских ударников свергается, а золото достается Болгарии

Если Россия затмевает Южную Корею и Турцию в культурной сфере, Москва мало что может предложить за ее пределами. В отличие от преклонявшихся перед ними советских лидеров, у Путина нет социально-экономической идеологии, которая могла бы произвести впечатление на весь мир. Кроме военной техники, российские товары и услуги никому не нужны. (Ущерб, нанесенный военной техникой США и НАТО, также снизил привлекательность российского оружия.) Индийцы, может быть, и рады покупать российскую нефть со скидкой, но они настроены более прозападно, чем те, кто вырос в 1970-е годы.

Та «мягкая сила», которой когда-то обладала Россия — в основном продукт общего языка и истории и обязательно ограниченная ее непосредственными соседями — была в значительной степени подорвана путинским вторжением в Украину. Война также сделала пустыми его призывы к русским моральным ценностям.

Несмотря на то, что Путин борется с Западом, он может даже не выиграть культурный конкурс у себя на заднем дворе. Примечательно, что рэпер и пропутинский бизнесмен, взявший на себя управление сетью Starbucks, заменил ее не русскими чайными, а недорогой копией оригинала.

У путинской России нет даже мягкой силы фраппучино.

Другие авторы на Bloomberg Opinion:

Путин и возможность поражения: Леонид Бершидский

Победа Украины делает войну с Россией более опасной: Джеймс Ставридис

Следующая миссия Украины в Европу в тылу: от редакции

Эта колонка не обязательно отражает мнение редакции или Bloomberg LP и ее владельцев.

Бобби Гош — обозреватель Bloomberg Opinion, освещающий иностранные дела. Ранее он был главным редактором Hindustan Times, главным редактором Quartz и международным редактором Time.

Больше подобных историй доступно на bloomberg.com/мнение